Биографические издания о жизни и творчестве поэта Владимира Высоцкого и писателя Михаила Булгакова внесены в перечень книг, которые должны выходить со специальной маркировкой в рамках закона о запрете «пропаганды наркотиков».
Сведения об этом содержатся в списке Российского книжного союза. В этот перечень включают произведения, где есть упоминания наркотических веществ и которые по закону подлежат особой маркировке.
Согласно опубликованным данным, маркировка предусмотрена, в частности, для книги «Высоцкий: Мне есть чем оправдаться перед ним» Владимира Новикова, а также для трех книг о Булгакове: «Михаил Булгаков (серия “Жизнь замечательных людей”, пятое издание)» Алексея Варламова, «Булгаков. Мои воспоминания» Любови Белозерской и «По следам “Мастера и Маргариты”. Маршруты от гида музея “Булгаковский дом”» Екатерины Горпинко.
Ранее в этот перечень уже были включены книги Виктора Пелевина, Сергея Лукьяненко, Стивена Кинга, Чака Паланика и Харуки Мураками, а также переводы классической литературы, вышедшие после 1 августа 1990 года. Среди них — романы «Гэм» Эриха Марии Ремарка и «К востоку от Эдема» Джона Стейнбека.
В списке значатся и другие биографические книги из серии ЖЗЛ: «Венедикт Ерофеев: Человек нездешний» Александра Сенкевича, «Валерий Брюсов. Будь мрамором» Василия Молодякова и «Вера Холодная. Осколки мифов» Евгении Климовой.
С 1 марта 2026 года в России действуют поправки к закону о запрете пропаганды наркотиков. Они запрещают упоминания наркотиков в средствах массовой информации, книгах, музыке и кино без специальной маркировки. Требование распространяется на все произведения, выпущенные в России после 1 августа 1990 года.
Для издательств была создана специальная программа на основе искусственного интеллекта, которая автоматически проверяет книги на соответствие закону и указывает на фрагменты, потенциально подпадающие под понятие «пропаганды наркотиков». Издатели сообщали, что алгоритмы могут допускать ошибки. В частности, приводился пример с фамилией писателя Дениса Драгунского: нейросеть сочла ее нарушающей требования из‑за созвучия со словом «драг» (от английского drug — «лекарство» или «наркотик»).
Представители книжной отрасли также рассказывали, что некоторые авторы отказываются править свои тексты в соответствии с новыми требованиями и не хотят убирать или изменять фрагменты, которые могут вызвать претензии цензурирующих систем.
