События последних выходных вокруг судоходства через Ормузский пролив ещё раз показали, насколько неопределённым остаётся будущее этого ключевого маршрута транспортировки нефти и газа. Попытка частичного возобновления движения судов обернулась сбоем, и стало ясно: даже после заключения мира возвращение к довоенным объёмам поставок займёт месяцы, а возможно, и годы.
После начала совместных ударов США и Израиля по Ирану в конце февраля Тегеран фактически перекрыл пролив. Трафик по маршруту, через который в обычное время проходит около пятой части мировых поставок нефти и газа, практически остановился.
Ответные действия сторон включали обстрелы судов, предупреждения о закрытии пролива и задержание иранского судна, следовавшего вопреки введённой блокаде. Спутниковые данные в понедельник днём фиксировали прохождение через Ормуз всего нескольких танкеров.
Мгновенный удар по глобальному энергорынку
Последствия для мировой энергетики оказались быстрыми и тяжёлыми. Около 13 миллионов баррелей нефти в сутки и примерно 300 миллионов кубических метров сжиженного природного газа ежедневно оказались заблокированы в акватории Персидского залива. Производителям пришлось останавливать месторождения, нефтеперерабатывающие и газовые заводы, что болезненно ударило по экономике стран от Азии до Европы.
Боевые действия нанесли долговременный ущерб энергетической инфраструктуре и серьёзно осложнили дипломатические отношения в регионе.
При этом скорость восстановления будет зависеть не только от развития диалога между Вашингтоном и Тегераном, но и от логистики, доступности страхования танкеров, уровня фрахтовых ставок и готовности судовладельцев идти на риск.
«Пробка» из танкеров и перегруженные хранилища
Первыми из Персидского залива выйдут суда, застрявшие там во время блокировки. По оценкам профильных аналитических компаний, речь идёт примерно о 260 танкерах с грузом порядка 170 миллионов баррелей нефти и 1,2 миллиона метрических тонн СПГ.
Основная часть этих объёмов, как и прежде, будет направлена в страны Азии, на которые обычно приходится около 80% экспорта нефти из Персидского залива и до 90% поставок СПГ. По мере того как загруженные суда начнут покидать регион, в Персидский залив постепенно зайдут более 300 пустых танкеров, сейчас простаивающих в Оманском заливе. Они направятся на ключевые терминалы погрузки — такие, как Рас‑Таннура в Саудовской Аравии и иракский порт Басра.
Первой задачей этих танкеров станет разгрузка прибрежных хранилищ, которые быстро заполнились на фоне остановки судоходства через Ормузский пролив. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), коммерческие запасы нефти в регионе сейчас достигают около 262 миллионов баррелей — это примерно 20 суток добычи. Переполненные склады почти не оставляют пространства для наращивания добычи до тех пор, пока не начнётся устойчивый экспорт.
Даже после частичного снятия блокировки логистика морских перевозок будет сдерживать полное восстановление потоков энергоносителей. Путешествие танкера туда и обратно с Ближнего Востока до западного побережья Индии обычно занимает около 20 дней, тогда как более протяжённые маршруты в Китай, Японию и Южную Корею растягиваются на два месяца и более.
Дополнительным ограничением может стать дефицит самих судов: значительная часть флота была задействована в перевозках нефти и СПГ из Северной и Южной Америки в Азию, где один рейс в обе стороны может длиться до 40 дней.
Восстановление баланса торгового флота и возвращение погрузочных операций в Персидском заливе к довоенному ритму, по оценкам экспертов, будет неравномерным и даже при благоприятном развитии событий займёт не менее восьми–двенадцати недель.
Замкнутый круг добычи и транспортировки
По мере возобновления загрузки танкеров таким крупным производителям, как национальные компании Саудовской Аравии и ОАЭ, придётся перезапускать добычу нефти и газа на месторождениях, а также останавливавшиеся в ходе боевых действий нефтеперерабатывающие заводы.
Это потребует сложной координации, включая возвращение тысяч квалифицированных специалистов и подрядчиков, эвакуированных во время конфликта. Темпы восстановления добычи будут зависеть и от наличия свободных мощностей хранения на прибрежных терминалах, формируя замкнутую взаимозависимость: без танкеров и свободных резервуаров невозможно нарастить производство, но без увеличения добычи не будет и устойчивого потока судов.
По оценкам МЭА, примерно на половине нефтегазовых месторождений Персидского залива сохраняется достаточное пластовое давление, чтобы вернуться к довоенным объёмам добычи примерно в течение двух недель. На ещё одной трети месторождений потребуется до полутора месяцев — при условии безопасной обстановки в море и восстановления нарушенных цепочек поставок.
Оставшиеся около 20% объектов, где добывается эквивалент примерно 2,5–3 миллионов баррелей в сутки, столкнулись с серьёзными техническими проблемами. Низкое пластовое давление, повреждённое оборудование и перебои в электроснабжении означают, что на восстановление там уйдут многие месяцы.
Долгий ремонт и утраченные мощности
Существенный ущерб нанесён крупным энергетическим объектам. Так, на гигантском СПГ‑терминале Рас‑Лаффан в Катаре выведено из строя около 17% мощностей, и на их восстановление может потребоваться до пяти лет. Часть старых и технологически сложных месторождений, особенно в Ираке и Кувейте, возможно, уже никогда не вернётся к прежнему уровню добычи.
Длительный период выпадения поставок теоретически может быть компенсирован бурением новых скважин в регионе, однако этот процесс займёт как минимум год и возможен только при устойчивой безопасности и отсутствии риска возобновления боевых действий.
Когда пробка из танкеров рассосётся, а добыча вернётся к более стабильным объёмам, Ирак и Кувейт смогут постепенно отменять режим форс‑мажора по экспортным контрактам — положения, позволяющие временно прекращать поставки из‑за неконтролируемых обстоятельств, таких как война.
Полное восстановление займёт годы
Даже при самом благоприятном сценарии — успешных мирных переговорах, отсутствии новых вспышек конфликта и ограниченном масштабe инфраструктурных повреждений — полное возвращение операций в Ормузском проливе и регионе Персидского залива к довоенным масштабам вряд ли возможно в ближайшие годы.
